Буду ли я скучать по этому разреженному воздуху, с запахом далеких береговых костров? По этим одиноким полуночным прогулкам на излете короткого северного лета, когда в каждом пройденном шаге чувствуется дыхание вечности? – ведь сами эти прогулки, не имеющие для меня никакой цели, и есть осторожное движение по самому краю

я не знаю, как обьяснить это лучше

потому что там, за тонкой невидимой границей, отделяющей мое существование в мире людей от чего-то гораздо большего и необьяснимого, уже нет ничего, кроме томительного предчувствия следующей жизни

И может быть, я надеюсь, жизни абсолютной, без тела и ума – жизни в форме идей или случайных озарений, жизни в форме стремительного полета неосознающих себя частиц света - жизни, в которой не существует таких понятий как «боль», «страх» и «память»

прильнуть губами к теплому дыханью
сокрыв печали, позабыв про сон
и захлебнутся в беспокойной тайне
своих открытых всем материков

Есть вещи, на которые мы бываем обречены помимо своей воли и своего понимания того, что в сущности является нашей жизнью.

я без устали ищу себя в ребенке, но не в том, которым был сам когда-то, в другом - в ребенке не имеющего ко мне никакого видимого отношения (кроме, разве что, сугубо обьективного единства прохождения биологических стадий развития). И дело даже не столько в поиске сходств или различий, сколько в безостановочных проекциях себя на ускользнувшее однажды мгновение - то самое, что живет лишь в определенном временном срезе каждой человеческой жизни и для которого как раз-таки сами люди являются условной величиной - стремительной и непостоянной - меж тем, как мгновение это всегда остается в четко очерченных границах своего вечного существования.

Мы приходим в это мгновение - а не оно к нам - и мы же, не в силах продлить его, однажды покидаем.

Говорят, что счастье - это жажда повторений. В ней заключена та самая светлая из печалей коей напутствовал нас Бог, отправляя в бесконечное странствие по собственным судьбам. Если это так, то отражения, в которых я ищу себя , не что иное, как поиск вечно повторяющегося времени, поиск «рая» - то есть места, где время никуда не «течет», а состоит из бесчисленных повторений, иными словами - вечного настоящего.


Я чувствую это мгновение, точнее, пространство в котором оно неизбывно пребывает от начала. Оно гипнотизирует меня и заставляет стремится к нему, хоть это и невозможно... В этом безумном стремлении заключается всякий дуализм человеческого существования - желать несбыточного приближения к сферам не признающим течения одной человеческой жизни и оставатся в там, где тебя неизбежно догонит время.

а ночью пришла зима
с хрипотцой в голосе
с многолетним стажем
у белых ворот зимы
становишься
спящим стражем
охраняешь покой
и
никто не приходит

а потом счастье вдруг как-то незаметно закончилось – не то, что бы сразу, этого ведь никто не замечает сразу, просто в какой-то момент навалилась на плечи необьяснимая тень усталости, еще только тень – но она заставила на секунду сжатся сердце, остановила движение вокруг, всего лишь на секунду, но этого хватило для того, что бы я понял –
что-то навсегда ушло, что-то навсегда изменилось во мне и никогда больше это не вернется. А впереди такая бесконечная жизнь, что думать о ней не имеет смысла, и лучше думать о чем-то другом, о чем-то понятном и доступном. Может, о новом телефоне? О телефоне с магическим номером, позвонив по которому можно услышать тихое дыхание собственной души – говорить-то она не умеет, но дышать все-таки научилась. И вот так простоять пять безмолвных минут у окна, а потом осторожно положить трубку. И лечь спать, для того чтобы увидеть сны, о которых не вспомнишь утром… и так всю жизнь.

Можно задохнутся от этого предчувствия всего, что с нами произойдет - оно уже здесь, прямо сейчас, в этой музыке

Но предчувствия - не твоя стихия. И слава богу, потому что тонкая бумага быстрее горит, оставляя после себя едва заметную дымку грусти.

Теперь ты можешь догадаться
это мой астральный бармен продолжает создавать свои фирменные коктейли - перемешивая беспечные улыбки друзей с легким алкоголем и выкуренными сигаретами.

вобла искренно свежая
волоокая странница
фосфорецирующая красавица
одиноко плавниками качающая
в кажущейся воде

отражающаяся
в центрифуге смыслов и домыслов
изменяющихся по ходу вращения
устремляющихся вверх
фонтанами параллельных желаний
главные из которых -
никогда не поворачивать голову
и не возвращатся назад

Что потом? Ничего неожиданного – все как обычно. Исчезает ночь и подслеповато щурясь на мягкие, осторожные лучики вновь наступающего дня, я профессионально забываю все свои начертанные тонким грифелем прожитой судьбы координаты - растворяясь в невесомости, без имени и цели, без любви и надежды… и нет во мне даже тысячной доли грусти по этому поводу. Напротив, иногда мне бывает смешно:)

Каждый вечер ко мне возвращается это мерзкое чувство незавершенности. Будто что-то осталось в том дне который я только что прожил. Что-то невысказанное, не извлеченное на свет божий - что-то очень важное и непроизошедшее со мной... То, о чем я все время пытаюсь думать и удерживать в своей памяти, невзирая на кажущееся отсутствие смысла... Но проходит секунда -
и вот ты уже ловишь себя на том что смотришь застывшим взглядом в окно - за которым неслышно падают в темноту все те же пухлые хлопья снега, которые ты так любил ловить теплой ладонью ровно двадцать пять лет назад...

порешить решительность падением в тишину… самозахлебнутся в эмоциональном вакууме…забыть о том, о чем бесполезно вспоминать – потому что не о чем и не чем…все на поверхности…отсутствие бирок на полученном багаже… гладкие шелковые галстуки внутри раскачивающегося неба…

Воспалённый процесс созерцания бесчувственного. По скрипучим половицам, черным и потрескавшимся от времени, босоного идёт - спотыкаясь и проваливаясь головой в холодное и сочное небо - пробирается скомканной тенью мимо притихшей ребятни, мимо их родителей, дедушек и бабушек, мимо всех собачек и ласковых кошечек едва заметное пятно - неслышное, невесомое, никем никогда необнаруженное, находящееся уже далеко за всякой гранью человеческого восприятия пятно, сочного зелёного цвета - не дань моде, а по рождению - оно рассыпается вдруг криками чаек - пятно концентрируется вокруг стаи - стая разлетается в разные стороны - всё это в доли, сотые доли, на которые простирается от одного уха до другого беспечные сновидения, медленные радиусы и нескончаемые повторения нашей животрепещущей молодости...